Человек, который был штормом

Его помнят те, кто его не знал; Его лицо узнают те, кто никогда его не видел.

Мануэль Жабойш
Колумнист El Pais

Примечание Real-Madrid.ru к заголовку

La Galerna – его прозвище, это внезапный и сильный шторм с сильными порывами северного и северо-западного ветра, который обычно поражает некоторые районы Кантабрийского моря и Бискайского залива, обычно весной и осенью. Его название происходит от французского galerne, обозначающее этот северо-западный ветер.

Когда Ана, наш маленький ребенок и я приехали в Мадрид, у нас еще не было своего дома, и на две недели мы поселились в квартире в районе Чамартин у ее двоюродных братьев Сете и Пунье. Напротив этой квартиры был — и есть — кафетерий, Гонлуис, куда Ана каждый день ходила позавтракать. Туалеты располагались на нижнем этаже, и она не могла спуститься туда с детским креслом, поэтому оставляла ребенка на попечение постоянного посетителя, крепкого старика лет восьмидесяти в очках, невысокого роста, очень добродушного.

— У нас в кафетерии теперь появился няня, — заявила она мне. — Очень приятный мужчина. Играясь с Ману он всегда делает гримасы. Мне даже неловко всегда брать ребенка с собой.

Оказалось, что мужчина жил в одном доме с нами, и однажды мы встретились с ним на пороге. Увидев, как мой сын широко улыбнулся, он воскликнул: «Ооо, Ману!». Ана представила нас: «Пако, это отец Ману». Кажется, я чуть было не потерял сознание, кажется, я даже немного обмочился. Я протянул руку, жесткую и холодную, и он сжал ее, понимающе подмигнув. Он сразу понял, что я его узнал, и я вдруг почувствовал себя как в шпионском фильме: я не мог его выдать. Игрок с наибольшим количеством Кубков чемпионов в истории, одна из величайших легенд мирового футбола, скрывает свою личность и выступает в качестве няни младенца, когда его мать ходит в туалет.

«В чем дело, ты вдруг потерял дар речи?» — спросила меня Ана, выходя из парадного. «Я просто надеюсь, — ответил я, — что этот няня не возьмет с нас денег».

Когда мы сняли свою квартиру, то уехали из этого района, но судьба была упряма: когда мы шли на стадион, то перед матчем сидели именно в Гонлуисе. Там же останавливался и Van Palomaain, мадридист, который совсем молодым погиб в железнодорожной катастрофе на кривой Ангруа, оставив в твиттере нетленную фразу: «Нет никакого «Реал Мадрида» футбольного или баскетбольного, есть «Реал Мадрид». Белая футболка, круглый герб и множество еврокубков». И именно туда Хистау привел меня в первый раз, когда я побывал на Бернабеу. Тогда я был так поражен, что не осмелился бы встать, чтобы выйти в туалет, на случай, если стадион, заметив это, начнет свистеть в мою сторону.

Одна из наших подруг, Сильвия, работала неподалеку и ходила в Гонлуис, чтобы позавтракать с тем пожилым мужчиной, который каждое утро говорил с ней о божественном и человеческом аспектах «Реал Мадрида». Однажды Сильвия стояла в очереди в Opencor и обнаружила его перед собой в очереди. Мадридизм — это, когда ты стоишь в очереди за хлебом, а оказываешься рядом с шестью Кубками чемпионов, один за другим. «Против этого «Ювентуса» будет сложно, но мы всегда побеждаем в финалах, так что…», — сказал он ей. А ведь он кое-что знал о финалах: привычка выигрывать их была им же заложена.

Я целый год не видел его после того, как мы уехали из района Чамартин. И вот в вестибюле отеля в Лиссабоне утром перед финалом Лиги чемпионов, я заметил человека. Он вышел на улицу, сделал десять шагов и внезапно был окружен десятками фанатов, прыгающих и поющих каннибалов, которые готовы были его поглотить. Ошеломленный и счастливый («но как они узнали, кто я, если им по 20 лет?») он побежал обратно в отель, чтобы от них укрыться, как если бы был рок-звездой.

В этот понедельник из интервью Мичела я узнал, чем отличается слава от популярности. Слава бывает за что-то конкретное и у нее есть срок годности, а популярность принадлежит непосредственно народу, это наследие, и память о ней никогда не меркнет. Его помнят те, кто его не знал; Его лицо узнают те, кто никогда его не видел. Вот почему человек, который более сорока лет назад перестал играть в футбол, который почти не давал интервью и не появлялся на телевидении, а свободное время посвятил любезничанию с младенцем, не мог нигде в мире остаться незамеченным, если рядом был мадридист. Так есть и так должно быть всегда. В конце концов, он не играл за «Мадрид»; он и горстка таких же, как он, построили его. А следы на свежем цементе никогда не исчезнут.

Два года назад Мануэль Жабойш упомянул в своем материале памяти Давида Хистау о времени, когда он писал гимн Ла Десимы Hala Madrid y nada mas и советовался со своим другом и коллегой: 

«Мне поручили написать текст для гимна «Реал Мадрида» Ла Десимы.  Он (Хистау) расхохотался. Рекомендовал мне убрать слова «soy belleza» из фразы «soy lucha, soy belleza» («я – сражение (борьба), я – красота»), потому что в его сентиментальной памяти «Мадрид» навсегда ассоциировался со знаменитыми ремонтадами в грязи, а моим «Мадридом» был гол Зидана в финале Лиги чемпионов по ТВ. 

Я не стал менять эту часть текста, но всегда жалел об этом. Но не потому, что мне не нравится, как получилось. А потому, что позже он предложил мне лучший вариант: «Soy lucha, soy galerna». Так было, так должно было быть».

Комментарии 3
Добавить комментарий
Пред
Пропустили на последней минуте. Как Женский “Реал Мадрид” провел свое лучшее Эль Класико

Пропустили на последней минуте. Как Женский “Реал Мадрид” провел свое лучшее Эль Класико

В полуфинале Суперкубка Испании 2022 подопечные Альберто Ториля дали бой лучшей

След
Марсело дисквалифицирован на 3 матча

Марсело дисквалифицирован на 3 матча

Если вы ждали, что Марсело амнистируют за ошибочную красную карточку, то новый

Очень похожие материалы, выдержанные в наших архивах: